artist

Вещество существования.

Этот блог я веду, чтобы поделиться тем, что интересно мне самому.
Здесь вы найдёте много фотоотчётов с разных выставок, посты про моих любимых
и просто интересных мне художников.

Конечно, как и в любом блоге, не обошлось без фотографий из путешествий.
Также вы найдёте много материала о мозаике и об античной живописи.

Для более близкого знакомства с моими работами рекомендую мои сайты:
otdelnov.com
otdelnov.ru

"Химзавод" в галерее FUTURO, Нижний Новгород. 25 апреля – 31 мая 2018 года

Завершилась моя выставка "Химзавод" в нижегородской галерее FUTURO.
"Химзавод" –– ещё одна из цикла выставок моего большого проекта "Промзона", над которым я работаю последние пять лет. Предыдущие выставки: "Территория накопленного ущерба" (галерея Беляево), "Доска почёта" (Ставропольский краевой музей изобразительных искусств), "Белое море. Чёрная дыра" (ГЦСИ Арсенал, Нижний Новгород), "Руины" (галерея Виктория, Самара).
химзавод
Зал на Рождественской, 6 –– один из самых красивых и самых сложных, где мне приходилось выставляться. Тем более для такой мультиформатной выставки, как моя, включающей в себя масштабную живопись, инсталляции, видеопроекции и объекты. Были выстроены фальш-стены и использован маленький зал (бывшая кинобудка), где я смог показать два новых фильма. Для экспозиции нижегородская группа KernHerbst записала специальный трек и озвучила два моих фильма. Также в экспозицию вошли цитаты из неизданной книги Лии Азриэльевны Аронович "Заводские анекдоты".

Атмосферный тизер к выставке, который сделала команда галереи:

На выставке я впервые опубликовал несколько глав из ещё ненаписанной книги моего папы "Опусы моей рабочей биографии". Несколько цитат помещу в этом посте курсивом.
Collapse )

"Наблюдатель", выставка в ЦСИ Смена, Казань

смена.jpg
1.

Выставка организована по итогам резиденций программы "Не-места".
Все авторы жили в резиденции и собирали материал по своей теме.
Collapse )

4-я Уральская биеннале современного искусства

20170912-IMG_8988.jpg
1.

Поделюсь моими фотографиями с основного проекта Уральской биеннале. К сожалению, я не видел проектов в других городах, особенно в Нижнем Тагиле, но и сам основной проект так хорош, что стоит приехать в Екатеринбург специально, чтобы его посмотреть.

Куратором 4-й биеннале стал португалец Жоан Рибас.
Помимо основной темы "Новая грамотность", он сформулировал подтемы "Изображение как свидетель", "Капиталистическая хореография"и "Сопротивляющееся слово". Площадкой для основного проекта стали помещения Уральского приборостроительного завода в самом центре Екатеринбурга.
Мне очень понравилась кураторская работа. Представленные проекты оказались в напряжённой взаимосвязи –– можно сказать, они вели острую полемику. Между собой и с пространством бывшего завода.
20170912-IMG_8918.jpg
2.
Collapse )

"Руины", выставка в галерее Виктория, Самара, 24 августа – 17 сентября 2017 года.

Осталось несколько дней до окончания моей выставки "Руины в замечательной самарской галерее Виктория.
Время немного рассказать о выставке и показать фотографии.
20170825-IMG_8218.jpg
1.

"Руины" – живописная часть проекта "Белое море. Чёрная дыра". Эту серия я ещё нигде не показывал (показывал несколько отдельных работ на групповых выставках и три работы на моей ретроспективе в Беляево).
Костя Зацепин написал замечательный текст к выставке:

Монументальная картина: небо в бледно-серых тонах, подобно белому кубу галереи, наполняет застывшим воздухом пространство холста. Нетронутый снег, словно на подиуме, несет на себе «эстетический объект» — покинутое здание заводского цеха, чьи наполовину рухнувшие стены зияют изнанкой отжившего остова. Перед нами ландшафт из серии Павла Отдельнова «Руины», части большого проекта «Белое море. Черная дыра», позволяющего проследить генезис знаменитых индустриально-урбанистических сюжетов художника.
Город Дзержинск — «внутренняя родина» Отдельнова, сквозящая узнаваемой аурой через все его сюжеты. Заводы-гиганты химической промышленности превратились в руины, а рабочий поселок, в котором жили предки Павла, почти не оставил о себе материальных следов. Для города и, шире, государства в целом частная семейная история художника развертывается в метафору утраченного времени. Советский миф, опредмеченный в бетоне и металле, крошится и деградирует вслед за своим материальным носителем не в результате катаклизмов, а благодаря внутренней энтропии, демонстрируя угасание индустриальной эпохи, времени «больших дел» и «великих» идеологий. Руина существует как реликт прошлого в настоящем, всегда неуместный и от того притягательный. Это остановка, «остров» прошлого, вырванный из потока времени и превращенный в метафору оставленности в целом.
Ключевое слово мира руин — забвение. Что остается от реальности, Реального? Как запечатлеть неумолимое ускользание, исчезновение материальных свидетельств жизни? Эти вопросы для автора «Руин» проблемны и травматичны. Но эта же травма становится истоком всего его творчества. Настоящее переживается художником как утрата: реальность существует, исчезая. Образ, конструкт текущего момента для него всегда являет собой результат умозрительной сборки из обломков прошлого. Руинированная предметность еще «здесь», в настоящем, и при этом одновременно уже «не здесь», ее время ушло. Художественный мир Отдельнова состоит из разреженной материи, в чьей структуре пустота разрывов кажется более вещественной, чем «узловые точки». Минималистичные и почти лишенные деталей, объемы здесь превращаются в плоскость и, при всей сюжетной конкретике, визуально имеют больше сходства с беспредметным искусством, подменяющим пространство общими схемами пространственности как таковой.
В попытках запечатлеть в живописном материале феномен разрыва между вещью, некогда существовавшей, и её ныне созерцаемым следом, Отдельнов наслаивает подобия и создает образы образов. Большинство работ «Руин» выглядят написанными с использованием фотографий, а отдельный блок напрямую посвящен фотоэстетике — ряд крупных полотен, воспроизводящих либо имитирующих фото из старых газет. Реальность предстает как ее собственный след, зафиксированный в фото, затем отпечатанный в газетной верстке, и, наконец, воссозданный средствами живописи. Репрезентация «возводится в куб», их цепь множится. Дистанция между «жизнью» и наблюдателем становится все более протяженной. «Персонажи моих работ — не субъекты истории, а объекты, создаваемые ею» - говорит автор «Руин». В его мире принципиально нет места человеку, присутствие которого возможно лишь через отсылку к репрезентации. Образность старых газет, по сути, так же руинирована. Персонажи здесь обезличенны, обобщены до идеологических визуальных штампов. Художник имитирует нечеткие следы типографской краски на пожелтевшей бумаге и прорисовывает каждую точку растра. Его «портреты» ищут человека не в растровых точках, а где-то в пустоте между ними. Человек остается лишь как призрак, отзвук, эхо давно отзвучавшего голоса.
Фигура Отсутствующего — главный герой серии. Ландшафты Отдельнова существуют «сами по себе», как предмет, когда на него никто не смотрит. Как он выглядит? Как писал Введенский, а «выглядит» ли он? Перефразируя риторический вопрос постструктурализма «кто говорит?», художник непрерывно спрашивает: кто видит? Отсутствие человека здесь играет роль ключевого минус-приема. Фактически он наделяется гиперприсутствием. Субъектность этой фигуры не-присутствия коллективна, точнее, над-индивидуальна. Так, возможно, кульминацией подобного бессубъектного взгляда становится картина, имитирующая карты Google. Взгляд, лишенный субъекта по определению, при этом принадлежит «всем» как высшая форма «объективности». В этом смысле вся серия выступает попыткой некоего слепка коллективного зрения.
Символичен мотив шлама, вынесенный в название всего проекта («Белое море» и «Черная дыра» - названия крупных шламоотстойников). Фактически представляя собой осадок, бесформенный материальный остаток событий и пространств, шлам становится метафорой «нерастворимого остатка памяти», который содержит в себе ушедшее реальное, подобно памяти человека, изменчивой и избирательной, прошедшей через фильтры опыта.
Что же остается от реальности? Ответ художника прост — остается живопись. Живописный медиум ценен для Отдельнова прежде всего своей способностью быть «слепком», хранящим утраченные пласты опыта, вновь воссозданные в материале. «Сама статичность живописи — не что иное, как застывшая длительность» - говорит художник. Живопись за счет наслоений и накопленного в себе времени моделирует медленный взгляд, как и архитектура, даже в форме ее останков. Так непостоянная память продолжает жить в живописном теле, подменяющем работу забвения вечным переживанием образа как утраты.
Collapse )

"Возвращайся домой", ИРРИ, 10 июня – 10 сентября 2017

20170831-IMG_8353.jpg
1.

Сегодня закончилась выставка "Возвращайся домой" в Институте русского реалистического искусства. Время  поделиться фотографиями для тех, кто не дошёл.
Здорово, что ИРРИ пошёл на этот эксперимент и сделал эту выставку. Думаю, что институт, если он так себя называет, должен устраивать эксперименты и производить исследования.
Я хотел бы особенно отметить работу архитектурного бюро Eleven project.
Спасибо куратору проекта Елене Коваленко и директору Наде Степановой. Спасибо Алексею Ананьеву, за  интерес к творчеству моих коллег и за попытку осмыслить процессы, происходящие в молодом искусстве.
Прошу прощения, что фотоотчёт неполный. Чуть больше фотографий вы найдёте здесь.

Collapse )
artist

Выставка "Пустыни. 2002 – 2017", 3 марта – 2 апреля 2017 года, галерея Беляево

IMG_7508.jpg
1.
Сегодня должен быть последний день работы моей выставки "Пустыни. 2002 – 2017". Это первая выставка из цикла "Первые ретроспективы", который курирует Элина Мухина.
Однако выставку продлили ещё на неделю, до 2 апреля, и эту неделю она будет идти с обновлённой экспозицией. Сегодня в 18.00 у вас есть возможность попасть на мою авторскую экскурсию по выставке.

Публикую фотографии экспозиции и тексты:
Collapse )
artist

"ТЦ. Время цветных сараев." ЦСК Смена, Казань. 3 ноября — 22 декабря 2016

Послезавтра – последний день работы моей выставки в Казани. Пора поделиться фотографиями с выставки.
IMG_5689.jpg
1.

К выставке вышел чудесный тизер, которым я не могу не поделиться:


Collapse )
artist

Tailings

I find different tailing reservoirs with the google maps. I draw them and collect public online evidences about the influence of these areas on the lives and activities of the people who live nearby. Some of these tailing reservoirs became a place for extreme tourism. The other ones are used as a source of income: inhabitants obtain ashes from the tailing and sell it as a fertilizer for the plants. In other case people get together and demand the government to improve the ecological situation and to liquidate the dangerous areas.

I put this information, taken from the Internet, side by side with my paintings. Besides that I make a film. It is based on the photos of the tailings made from the space in different years. I animate these photos and show how the tailing have changed during last decade.   

My pictures are painted on the wooden planks shaped like the certain tailing reservoirs.

Collapse )
artist

Белое море. Чёрная дыра. Выставка в ГЦСИ Арсенал, 16 июля – 4 сентября 2016

IMG_5246.jpg
1.

Вступительное слово
Я родился в городе Дзержинске. Мой город возник из поселений рядом с засекреченными химическими предприятиями, у которых даже не было названий: завод #96, завод #148... Причины секретности ясны: заводы работали на оборону. В моей семье все, кроме мамы работали на химических заводах. Моя бабушка перед войной приехала в один из заводских поселков из глухой деревни — в то время заводы строились и были нужны руки. Работа была очень вредной и тяжелой. Вначале бабушка готовила снаряды, а затем работала на производсте оргстекла для авиации. Дедушка работал на том же заводе в засекреченном цехе.
На снимках из космоса хорошо видно шламонакопитель «Белое море», в радиусе нескольких километров вокруг него находятся места, связанные с моей семьей: Ворошиловский поселок, где появились на свет мои родители, заводы, где работали три поколения моих предков. Садовый участок, куда мы приезжали каждые выходные. Кладбище, где лежат мои дед и прабабушка.
Цеха, где трудились мои родственники, сейчас превратились в руины или были снесены. Место, где находился рабочий поселок, густо заросло диким лесом. Недавнее прошое оказалось как будто стертым.
В моем проекте "Белое море. Чёрная дыра" я ищу пересечения личной и исторической памяти.
Collapse )